Итак, благодаря тени человечество научилось творчески понимать мир. Благодаря тени утвердилась сложная иерархия знания истины, не могущей быть исчерпанной до конца, но способной мерцать в пограничье между ноуменальным и феноменальным, мыслимым и явленным. Благодаря тени художник получил статус проводника в мир идей, проекции которых он способен предъявлять нам в своих творениях.

Алексей Политов и Марина Белова театром теней увлечены давно. В их искусстве оживают забытые жанры trompe d’oeil (обманок глаза). Как и создателей старинных китайских свитков, или барочных картин-анаморфоз их интересует амбивалентность очевидного, путешествие в потаенные клапаны сознания и психики. Тень в их работах выполняет свою фундаментальную функцию: структурирует образ «другого». Этот образ и является гарантом сложного, объемного, подчас тревожного и опасного понимания мира. Уже ученики великого аниматора живописных Света и Тени Рембрандта увлекались изучением возможности тени вытащить на свет химеры табуированных в официальной культуры тем. Политов и Белова предлагают видеть запретный плод сквозь розовые очки. Откровенные иллюстрации к «Камасутре» шифруются в миленьких пейзажиках с симпатягами котиками, зайчиками… Удаление красного спектра проявляет причудливые силуэты самозабвенных любовников.

По мысли художников выкрашенные в красный цвет деревянные скульптуры также становятся метафорой теней, отделившихся от своих хозяев. Отделившаяся тень в литературе эпохи романтизма стала формулой инаковости, многозначности очевидного. Тень пугает потому, что свидетельствует о «другом» внутри нас. И отделившись, может сильно скомпрометировать своего благовоспитанного хозяина. Об этом напоминают нам сказки Шамиссо и Шварца. Об этом напоминают кинетические скульптуры Политова с Беловой.